— Расуль Рафикович, как возникла идея выступить перед нашими бойцами с концертами?
— Раньше я регулярно ездил к нашим ребятам туда, где они проходили боевое слаживание. Концерты-встречи в 2022 году перед отправкой ребят были в Саратове, в 2023 — в Нижегородской области — там, где Глава республики Радий Хабиров вручил флаг батальону имени Салавата Юлаева. Во время таких концертов у меня возникла идея поехать с группой музыкантов к ребятам, которые находятся в боевых условиях, в окопах. Свою идею я озвучил первому вице-премьеру правительства Азату Бадранову, он одобрил и поддержал. Но предложил приехать не с группой, а одному.
Я поехал со своим коллегой Фаилем Раилевичем Гафаровым. Там, на месте, мы встретились с Азатом Шамилевичем, составили график выступлений, договорились с командирами полков и батальонов. Потом в сопровождении одного боевого офицера отправились туда, где находятся наши земляки — бойцы батальонов имени Минигали Шаймуратова, Даяна Мурзина, «Башкортостан», мобилизованные… Мы были на линии, максимально приближенной к фронту, иногда всего в 3-4 км. Это, конечно, очень рискованно.
— Риск оправдал себя? Наши ребята получили духовную пищу, подпитку от ваших концертов?
— Конечно! Одно дело — ставить концерты здесь, в Уфе, в больших и комфортных дворцах. Там — совершенно другое. Бойцы, которые воюют, воспринимают совсем по-другому. Все заняты своим делом, знают и выполняют свои задачи. Моими зрителями были те, кто в данный момент вернулся с первой линии фронта и отдыхает, в блиндажах собирались от 15 до 30 человек. Для этого стоило туда поехать.
Передвигались мы большей частью ночью на «УАЗике». В одной из поездок машина застряла в грязи прямо посреди поля. А поле было обстреливаемое. Довольно долго, минут 15-20 мы не могли выбраться! Это было очень опасно. Я на себе ощутил, что смерть совсем рядом — в любой момент могут прилететь ракеты, дроны, взорвать… Всего у нас было 7 концертов, последний — в Запорожье, где взорвали Каховскую ГЭС. С одной стороны Днепра — наши ребята, с другой — ВСУ.
Выступать приходилось, в основном, в блиндажах. С собой была маленькая аппаратура, которая работает на батарейках, без электросети. В первый день, когда настраивал технику, начался артобстрел, дрожала земля… Я тогда реально ощутил, что на линии фронта. Когда возвращались после концерта, увидел столб дыма и узнал, что на дороге, по которой мы час назад приехали, снарядами обстреляли «КамАЗ», водитель был ранен.